Стих сажиды сулеймановой


  • Святослав

    Когда под утро выпадет роса,
    В священный час равностоянья,
    Вновь на Восток мы двинем корпуса,
    Стальными траками измерив расстоянье.

    Последний каганат

    Когда под утро выпадет роса,
    В священный час равностоянья,
    Вновь на Восток мы двинем корпуса,
    Стальными траками измерив расстоянье.
    Тебя не защитит ни лютая зима,
    Ни древний ужас снежного молчанья.
    Ни алкоголь — лекарство от отчаянья.
    Ни изворотливость восточного ума.
    Хазарский каганат, ни стены и ни рвы
    Тебя не защитят. Приблизилась
    расправа.
    На стягах алых царственные львы.
    Встает заря, роскошна и кровава.
    Мы златокудрая дружина Святослава.
    Ты чуешь, каганат?.. Мы двинулись на вы.
    (с) Сергей Яшин

    Разгром Каганата

    Над Ра - рекой блеснуло алым. Парус!
    Дружина Русов вторглась в стан Кагала,
    Так над добычей возвышаясь, гордый пардус
    Пируя, в клочья рвёт облезлого шакала!
    Визжал Каган, и гнал под стены рать
    Метались в панике наемники - касоги,
    Всё тщетно. Нынче Русы будут убивать
    И жечь дотла шатры и синагоги!
    Пощады никому! Ни юным,ни седым
    Сожгите всё вокруг! Лачуги и чертоги!
    Итиль пылал... И жирный чёрный дым
    Как жертву мести взяли наши Боги!
    Прошли века...Но бой тот не угас
    И вновь июльской ночью просыпаюсь,
    Я слышал Зов... А значит, пробил Час -
    Над Ра - рекой блеснуло алым. Парус!
    (с) Эдуард Эрикссон

    Великому Князю Святославу Игоревичу – победителю Хазарии
    Двадцать восемь.

    Мы смеялись в глаза врагу…
    Хоть нас было сулеймановой всего двадцать восемь,
    Мы стояли в январском снегу
    Среди скифских реликтовых сосен…
    Чуть прикрыв голубые глаза
    От лучей Золотого Ярилы,
    Мы смотрели, как стая хазар
    Понукает коней что есть силы!
    Мы смотрели в морозную даль,
    В их скуластые темные лица,
    Мы смеялись.… И русская сталь
    Полыхала, подобно зарницам!
    …У чумных иудейских шатров
    Мы топтали ногами их трупы,
    Ощущая, как сталь топоров
    Рубит надвое конские крупы!
    Мы смеялись вдогонку врагу,
    Снег багровый утоптан и плотен,
    Мы оставили в этом снегу
    Шесть порубленных вражеских сотен!
    На кровавом январском снегу,
    Среди скифских реликтовых сосен.
    Мы смеялись в лицо врагу,
    Хоть нас было всего двадцать восемь!
    (с) Эдуард Эрикссон

    Лучезар Боян. Отрывок из поэмы "Русь"

    IV. Сказание четвёртое. Последний час Каганата.

    ...Как два борца, два грозных исполина,
    доверившие жизнь свою клинку,
    как волка два, чащобы серых сына,
    готовые к последнему броску,
    как мира два, друг другу равно чужды,
    промеж которых невозможен лад,
    века, века смотрели друг на друга
    Леса и Степи - Русь и Каганат.
    И по сей день вражды их эхо живо,
    и пусть ещё хоть сколько лет пройдёт,
    во снах дурных, из вражеской могилы,
    кривая сабля нам в глаза блеснёт,
    в нас пробудится наших предков память,
    и вот опять дрожмя дрожит земля,
    опять деревни русские пылают,
    опять собратьев наших поражает
    хазарская калёная стрела...
    Ты видишь то, что пращуры былые
    сполна сумели сами испытать,
    когда во имя будущей России
    от плуга поднимались воевать.
    Они любить учились не по книгам
    свою семью, родную Русь свою -
    своей закалкой в бесконечных битвах
    они Войны обязаны огню.
    Покуда помнил синеглазый воин,
    в чём честь его и слава на века,
    бежали вспять по выжженным дорогам
    от его гнева полчища врага...
    Сегодня всё как будто по-другому,
    но присмотрись - увидишь чужака,
    что твоему грозит родному дому:
    его оскал узнаешь ты всегда -
    в какие б он одежды не рядился,
    по блеску хищных, завидущих глаз,
    узнаешь ты того, с кем прежде бился
    твой пращур, когда Русь лишь стих сажиды сулеймановой началась.
    Ослабла мощь полков несокрушимых,
    и вот опять зашевелился гад,
    как видно, позабыв, как Русь в руинах
    оставила всесильный Каганат!
    Пленников белых бредут караваны,
    их ожидает невольничий торг -
    чтоб распухала мошна у кагана,
    чтоб был доволен Израилев Бог...
    Белые стены Итиля и Вежи -
    звёзды Давидовы их сторожат:
    говор чужой уши пленников режет,
    блики доспехов хазарских слепят.
    Цепи надёжны: не освободиться,
    даже покончить с собой не дадут -
    сколько же крови славянской здесь литься,
    сколько гулять будет вражеский кнут?..
    Пленники, пленницы... Осиротела
    ныне под игом иудиным Русь!
    Где ты, воитель за правое дело?
    Долго ль шакалом, терзающим грудь
    нашей земли, процветать Каганату?
    Долго ли русским в неволе стонать?
    Кто свернёт шею картавому гаду?
    Кто возвратит русским - Русскую Власть?
    Но не ответят воители - россы:
    много их в землю родную легло,
    многих сразили военные грозы,
    саблей хазарской вспоровши нутро!
    Те же, кто выжил - завидуют мёртвым,
    в рабских рядах на торжище идя,
    в мрачных темницах томясь на соломе...
    Мы - не хозяева в собственном доме,
    можно ль смириться нам, братья? Нельзя!
    Трудно начать снова битву с врагами,
    коль враг страну твою завоевал:
    плачьте о князе, о Чёрном, славяне -
    он за свободу за русскую пал.
    Снова платить заставляют хазары
    русских позорный и страшный оброк:
    белых рабынь для торжищ Каганата,
    чтоб был доволен Израилев Бог!
    Девиц славянских золотовласых,
    прежде ещё не познавших любви,
    мяли чужие и грубые лапы,
    лезли им в губы смрадные рты:
    ныне зачахнуть им в рабской неволе,
    коя для русского - смерти страшней...
    Где ты, сурового Севера воин?
    Где ты, спаситель от вражьих цепей?
    Можешь ли жить ты спокойно, как прежде,
    если ты знаешь, что в этот же миг
    чёрный ублюдок к жене иль к невесте,
    к дочке, к сестре твоей жадно приник?
    Золото в слитках, в издельях, в монетах
    с мира всего постеклося сюда:
    все драгоценности целого света
    у каган-бека лежат в сундуках,
    но ему мало, и мало кагану,
    мало всем бекам, всем мудрым равви:
    снова и снова на ближние страны
    движутся полчища в блеске брони!
    Их задержали князь Рюрик и Хельга,
    но - до поры... Вновь куётся булат,
    скоро опять запылают деревни,
    хищные стрелы в славян полетят...
    Так ослепи же чужих коловратом,
    встав в завываньях холодных ветров
    на смерть с врагом чтоб сразиться с заклятым,
    воин могучих славянских лесов!
    Встань и ударь, ведь давно уж страданью
    Родины нашей отмерялся срок -
    встань и ударь, чтобы в Пеклище камнем
    с трона свалился Израилев Бог!
    Который день князь меряет шагами
    свои палаты: дума нелегка...
    Чем дальше, тем он больше понимает:
    пора на Каганат идти, пора!
    Хазары держат вятичей в неволе
    и заняли торговые пути -
    а если вспомнить, сколько русским боли
    они уже успели принести?
    Но враг силён. Силён, хитёр и крепок...
    Тут коли бить, так бить наверняка!
    Удар быть должен и могуч, и меток -
    как будто выпад верного клинка.
    Русь встать должна на побережьях Крыма,
    как встала на балтийском берегу...
    Врёшь, Каганат! Покуда мы едины,
    нас не осилить будет никому!
    А горе русских до того сплотило,
    что кинешь клич - и встанут все на бой,
    ведь грязная Хазарии трясина
    их извела, как в рваной ране гной,
    и коль война с проклятыми начнётся,
    то русский вспять уже не повернёт,
    покуда до врага не доберётся
    и логова Иуды не сожжёт!
    Какой-то шум, да речи челядинов
    до князя долетают со двора,
    а Святославу слышится едино:
    "Пора на Каганат идти, пора!"
    Пусть говорят: их полчища без счёта,
    пусть говорят: их ввек не одолеть -
    да коли русский за свой меч берётся,
    в бою лихом осилит даже Смерть!
    Князь знает: коли он свои отряды
    на Каганат хазарский поведёт,
    так немцы, греки, свеи и арабы
    начнут гадать: когда же Русь падёт?
    Когда же можно будет не бояться
    удара беспощадного меча,
    а с пленными жестоко развлекаться,
    в селенья, в города Руси врываться
    и всё тащить, ухватит что рука?
    Пускай гадают! Нам ли подстилаться
    под инородцев, на Руси живя?
    Одним ударом нужно расквитаться
    с Хазарией за все её дела,
    чтоб после ко всем прочим повернуться
    и им победный показать клинок:
    а кто захочет... Что ж, пускай суются -
    посмотрим, как поможет им их Бог!
    Всю Русь пора поднять на эту битву,
    пора не плуг, но меч в огне ковать,
    чтоб будущее было у славянства,
    чтобы никто не смел нас унижать!
    ...Разгоралась Заря,
    просыпалась земля,
    разносился гром бранный далёко -
    это князь Святослав,
    Русь на битву подняв,
    уходил с верным войском в дорогу.
    Уходил он туда,
    где чужая орда
    своё логово обосновала,
    и откуда на Русь
    иудейская гнусь
    уж века и века нападала.
    Шли славяне путём,
    что мы горьким зовём -
    по нему полонян уводило
    то чужое зверьё,
    хищное жидовьё,
    что мы скоро загоним в могилу!
    Говорил русский князь,
    правым гневом ярясь:
    "Коль хотели войны супостаты,
    столько зла натворив
    и невинных сгубив,
    им войну мы нести будем рады!
    Не в набег мы идём -
    мы жестоким огнём
    выжигать будем чёрное семя,
    чтоб за каждый наш дом,
    что врагом был сожжён,
    отвечало хазарское племя!
    Гой вы, воины - Русь!
    Я мечом вам клянусь -
    будем мстить мы по Правде и Чести,
    чтобы наша земля,
    как и раньше, цвела,
    чтоб о ней шли достойные вести!
    С нами мастер Сварог,
    прародитель Даждьбог
    да могучий Перун - громовержец,
    с нами все, кто погиб
    за свободу Земли -
    той, что Русской зовётся, как прежде!"
    Леденящим огнём
    над страною родной
    Заряница - заря занималась:
    ради мести святой
    на безжалостный бой
    Русь медведицей поднималась.
    Блеск червлёных щитов,
    поступь грозных полков
    злому ворогу возвещает -
    это князь Святослав
    в первых Солнца лучах
    на проклятых в поход выступает!
    В Итиле - вековечный мрак и тени,
    да поступь стражи нанятой гремит.
    В Каганов тронный зал без промедлений
    посла от Святослава привели.
    То был муж средних лет, могучей стати:
    с презреньем он вокруг себя смотрел,
    как выводок хазарской дикой знати
    вокруг него дивился и шумел:
    "Каган ар-Рус? Прислал нам весть? С чего бы?
    Зачем тревожит он Кагана и Царя?
    Быть может, изъявить покорность чтобы?
    Вдруг убоялся нашего меча?
    Но где дары? Нельзя без них к Кагану!
    Где золото, где шкуры, где рабы?
    Каган ар-Рус шлёт вести очень странно:
    послал гонца, забыв послать дары!
    Быть может, он о них послал нам вести -
    что, мол, идёт в Итиль их караван?
    Я поступил бы так на русских месте!.."
    Посол безмолвно их речам внимал.
    Вот и Каган - и Каган-бек с ним рядом,
    как видно, ждут, что скажет им он сам.
    Дышало от обоих словно хладом,
    но и теперь посол Руси молчал.
    Вот Каган-бек молчание нарушил:
    "Эй, славенин! Что твой Каган велел,
    скорее говори, чтоб в наших душах
    на твой народ не поднимался гнев!
    Да коли многословен этот варвар,
    ты говори по делу, глупый гой -
    когда даров нам дожидаться надо,
    коль их не шлёт Каган ар-Рус с тобой?
    Пришлёте ли рабынь? Янтарь и злато?
    Меха и шкуры? Да каков им счёт?"
    Заволновались знатные хазары,
    ведь им от дани доля отойдёт!
    И отвечал гонец владыке злому,
    что был Руси страшней любой чумы:
    "Мой князь велел сказать тебе три слова -
    Иду На Вы!"
    ...И смолкли беки все на полуслове...
    И Каган-бек сорвался вдруг на визг:
    "Как видно, в тебе слишком много крови -
    эй, стража! Волоките его вниз,
    в застенок к палачам! Пусть там ответит,
    задумал что их варварский Каган!
    Пусть там, где Солнце никогда не светит,
    он повторит мне дерзкие слова!"
    Рванулась стража к русичу, но поздно:
    на плиты пола мёртвым он упал,
    исполнив долг свой, страшный и почётный -
    не даром в рукаве берёг кинжал.
    Опять хазары разом замолчали -
    вот каковы враги идут на них...
    Как видно, крепче сердце их и стали,
    коли гонцов они шлют таковых!
    Вот встал один равви седобородый:
    "Послушайте меня, Каган и Каган-бек!
    меня согнули прожитые годы,
    но я смогу вам верный дать ответ,
    какая напасть ныне угрожает
    державе нашей! Я слыхал не раз,
    что в чёрный час Зло Севера восстанет -
    его язычник поведёт на нас.
    Предсказано додревним Йехезкелем:
    Князь Роша будет гневом одолен,
    и поведёт от северных пределов
    свирепые полки своих племён.
    Он будет гнать Израилево племя
    по всей земле, безжалостен, как огнь,
    ужасен и свиреп, как ангел Мщенья -
    его не усмирит сражённых стон!
    Разрушит он дворцы и наши храмы,
    мечу он обречёт мужей и жён,
    повсюду установит он кровавый,
    свой северный языческий закон.
    О горе тебе, Каганат великий!
    Ни злато не спасёт тебя, ни сталь!
    Я уже слышу боевые крики
    врагов - твоих детей мне жаль!
    Ни бека, ни крестьянина не минет
    гнев Князя Рош, восставшего из Тьмы -
    пока в пустыне, мертвенной и дикой,
    где прежде Каганат царил великий,
    не будут жить лишь змеи и орлы!"
    Пройдя булгар и вятичей землёю,
    когда на стругах, а когда - "горой",
    позвавши печенегов за собою,
    князь Святослав достиг земли чужой.
    Неласковый и дикий край хазарский!
    Повсюду здесь мерещатся враги!
    Здесь братья наши в злой неволе рабской
    ждут, чтоб свои на помощь к ним пришли!
    На горизонте - сумрачные горы,
    по сторонам - лишь только степь да степь...
    Немало было тут лихих раздоров,
    которых Степи довелось терпеть.
    Здесь киммерийцы, скифы и сарматы
    в набеги шли, повозками гремя,
    здесь шёл Аттила, Риму враг заклятый,
    и вслед за ним ползла на Запад тьма...
    А ныне здесь же русские дружины
    на бой святой идут за рядом ряд -
    на стягах алых их - на страх вражине! -
    взывает к мести чёрный коловрат,
    там крылья простирает гордый кречет,
    благословляя красные щиты...
    О воины! Ваш образ будет вечен,
    хоть после вас уже века прошли!
    Безжизненные земли Каганата...
    С одним лишь Пеклом можно их сравнить -
    хазарский край ты, столько раз проклятый,
    сколь твои дети шли славян губить!
    Твой нищий облик гол и вправду страшен,
    но всех богаче на земле Каган -
    ведь жидовьё не сеет и не пашет,
    а кровь сосёт из сопредельных стран,
    как мёртвый, что поднялся из могилы,
    вцепившийся в артерии живых...
    Проклятье вам, прогнившие вампиры!
    Мы вырежем и выжжем ваш нарыв!
    ...Но лишь встали друг напротив друга
    рать хазар и русичей полки,
    лишь легли на рукояти руки,
    на тетивы стрелы лишь легли -
    видит князь: как будто чёрной тучей
    впереди закрыт простор степной...
    Знак ли это смерти неминучей?
    Знак ли, что кровавым будет бой?
    Это птицы стаями летели
    от чужой восходной стороны:
    очи мёртвым выклевать хотели
    вороньё и хищные орлы.
    Счёта нету полчищам Кагана -
    русских горсть Кагану супротив...
    Орды все степные стан за станом,
    горцы и наёмники арабы
    по хазар призыву поднялись,
    чтобы богатеть работорговлей,
    чтобы белых пленниц распинать,
    чтобы, как и впредь, славян свободных
    грабить, унижать и убивать!
    Русских - горсть... Далёко залетели
    кречеты Арконы и Руси:
    как они отмстить врагу хотели!
    Вот он, враг - попробуй, отомсти...
    Но велел построиться славянам
    в боевой порядок Святослав:
    "Нам ли, братья, бегать от Кагана?
    Тот силён, кто ведает, что прав!
    Неужели легче чахнуть в рабстве,
    да господ желанья исполнять,
    чтоб росло хазарское богатство,
    чем со славой в чистом поле пасть?
    Пусть грозит нам гибелью лихою
    иудейский кровожадный Бог:
    наш Бог - Солнце! Вот он - надо мною!
    Так умрём же за родной порог,
    за детей и за своих любимых,
    чтобы враг не смел их унижать,
    чтобы наших прадедов могилы
    он не смел ногою попирать,
    а пред тем, как пасть в бою со славой,
    мы ещё сумеем погулять
    на пиру весёлом да кровавом!
    Гой, дружина! Нам ли горевать?!"
    В тайне князь трём верным воеводам
    отобрать из рати всей велел
    тех, кто лучше прочих бьётся конным...
    Вот уже опять восток затлел.
    И на русских налетели с воем
    пешие наёмники хазар,
    чтоб разбиться, как о скалы море -
    выдержали русские удар.
    Сталь о сталь, о саблю меч скрежещет,
    воины из луков бьют в упор,
    но несокрушимо алым блещут
    русские щиты, как цепи гор,
    что вовек враг не преодолеет!
    Князь следит за битвою с холма -
    видит он: на русских копья целит,
    в бой несётся конная орда.
    Был второй удар хазарский страшен,
    но навстречу коннице врагов,
    прежде, чем начнётся рукопашный,
    копья поднялись из-за щитов.
    Страшно ржали раненые кони,
    падали из сёдел мертвецы,
    стяги моисеева закона
    под ногами полегли в пыли.
    Выдержали русские атаку!
    И тогда-то пробил страшный час:
    лучшие хазарские рубаки
    двинулись на русских в третий раз.
    С ног до головы в броне надёжной,
    с копьями немыслимой длины,
    осенённые Шехиной Божьей,
    на ряды славян неслись они.
    Дрогнули от страшного удара
    русские полки и Мать-Земля:
    от врага славяне не бежали,
    но отважно смерть свою встречали,
    тщась хотя бы задержать врага...
    Тут, казалось, смерть свою и примут
    русичи и вождь их Святослав.
    Но князь клич дружине конной кинул,
    высоко на стременах привстав:
    "Гой вы, дети Родины далёкой!
    Час пришёл ей честью послужить!
    Хоть и ждёт нас нынче бой нелёгкий,
    верю - мы сумеем победить!
    Так за мной же, верная дружина!
    Русских не сломает жидовин!"
    Нет, недаром говорят, что клином
    вышибают, коли нужно, клин:
    исчерпали конные хазары
    третьей мощь своей стальной волны -
    русские их всё же задержали,
    и хоть многие легли от вражьей стали,
    смять славян хазары не смогли.
    И тогда-то с фланга в строй хазарский,
    громко выкликая клич: "УРА!",
    клин славянских конников ворвался -
    верно Святослав решил: пора!
    Словно масло пред ножом, хазары
    расступались в страхе перед ним,
    если ж кто и бросил вызов князю,
    так давно лежал уж недвижим,
    Святослав же дальше, дальше рвался -
    к лагерю хазарскому, ведь там
    со двором и знатью обретался
    враг Руси - Хазарии Каган.
    А Каган меж тем, решив, что в поле
    русские давно сокрушены,
    захотел взглянуть на место боя,
    на погибших из чужой страны.
    Может быть, и русского Кагана
    в плен живым сумели захватить?
    Выехал он к полю с караваном
    тех, кто должен был ему служить.
    Жирные, зажравшиеся беки,
    сгорбленные, злобные равви
    поглядеть с Каганом захотели,
    как и где враги истреблены...
    И вот в этот караван Кагана,
    что на Солнце золотом блистал,
    разметав по сторонам охрану,
    с воинством врубился Святослав!
    Нет хазарам от него спасенья,
    от мечей славян пощады нет -
    грозен час народного отмщенья
    за бесчинства злые прошлых лет!
    Пал Каган на землю бездыханным -
    русская стрела в чело вошла...
    Прочь от русских вороги бежали,
    и чужие царства задрожали,
    как их весть о битве обошла:
    мыслимо ль - языческая сила
    молодой полуночной страны
    древнюю державу сокрушила
    и повергла под свои стопы!
    Покорили русичи по праву
    край чужой в огне своих побед...
    Было в эту пору Святославу
    чуть побольше двух десятков лет.
    Горящие хазарские твердыни...
    Изрубленные полчища врага...
    Их камни белых стен не сохранили,
    их вера в Яхве не уберегла.
    Шли русские - и мстили, мстили, мстили...
    И словно призрак, вёл их сквозь бои
    непобедимый синеглазый витязь,
    последний вождь Языческой Руси.
    Вотще молили их равви и беки
    за золото им жизни сохранить:
    их убивали, чтобы все навеки
    боялись в русских ярость разбудить!
    В огне лежат мечети, синагоги,
    и у рабов разбиты кандалы:
    наследники великого Даждьбога
    от рабства ныне освобождены,
    а золото хазарское славяне
    без сожаленья всякого о нём
    топили на стремнинах сундуками,
    чтобы никто то злато не нашёл,
    чтоб по рукам монеты не ходили,
    которыми расплачивались там,
    где в рабскую неволю обратили
    когда-то поколения славян,
    чтоб духу от богатства не осталось,
    что на страданьях русских рождено -
    рабынь за это злато продавали,
    так будь навеки проклято оно!
    У русских Боги - Солнце и Свобода,
    так было, есть и будет так всегда,
    а всякий недруг нашего народа
    пусть, как хазары, сгинет без следа!
    (с) Илья Маслов

    Святослав

    Иду на вы! –
    И руку вскинул к тучам
    с Востока. – Так и скажет пусть гонец.
    - А если просто к дани их примучим?
    - Княгиня, я воитель - не купец.
    Иду на вы,
    на вы - на тьму – так значит.
    Ура – у Ра, у солнца мы с тобой…
    Гонец в простой одежде черной скачет,
    лишь засапожный нож везет с собой.
    Иду на вы! –
    хазарам вызов бросит,
    Живым не взять, и рабством - не грози.
    А наши души - сокол в рай возносит.
    А наша слава - громом по Руси!
    Святослав ответил Ольге просто,
    вариантов в летописи нет.
    «Вера христианска – есть уродство».
    Топором не вырубить ответ.
    «Надо мной дружина засмеется,
    божий раб – не вольный человек».
    Верил князь в Перуна, Ладу, Солнце,
    а не в сети, что закинул грек.
    Пусть во имя Рода сердце бьется,
    Русь зовется Родиной досель.
    …И любая вера - есть уродство
    если из-за тридевять земель!
    Ходил в походы он легко,
    как барс стремился на добычу,
    летала слава высоко,
    подобно солнечному зничу.
    Но он погиб, а мы робки,
    нам тяжко выйти за ворота.
    Народ, забросивший клинки
    подальше в заросли осота,
    желаешь многого вотще.
    Готов платить трудом и кровью?
    Тогда плати и не ищи
    удобней камня изголовья.
    Степь разметалась широко,
    зовет: Сражайся – возвеличу!
    Ходи в походы так легко,
    как барс стремится на добычу.
    (с)Марина Струкова


    Он, возмужав, летел стрелой на волю
    И воинов вокруг собрал несчесть.
    Не выносил хулу и сладку лесть,
    А жил под сводом неба, в чистом поле.
    Он сам избрал себе такую долю,
    Не посрамил и рыцарскую честь.
    «Иду на вы!», а не интриги плесть,
    И побеждал всегда, не оттого ли.
    Горой стояла за него дружина
    И шла туда, куда он поведет.
    Меч поднят и расправлена пружина,
    Несется в бой, за Русь, за князя рать.
    Все знали, первым Святослав идет,
    И было б стыдно от него отстать.
    (с) Пётр Гуреев

    На день гибели Хазарского каганата

    В этот день содрогнулся могучий Итиль,
    Из вулкана отмщенья волей брызнула лава.
    И тонула в кострах гнева чёрная гниль
    И не смог устоять Хазарстан от удара!
    И, напрасно поёт жидовьё свой псалтирь
    Буйноглавая рать совершает расправу!
    За Гепардовождём во святилища славы
    Огнемаршем идёт мой народ-богатырь!
    Древнерусский поэт – твои строки забыты
    Но Перун Златоуст отмечает грозой
    Тот, священный наш день, когда были разбиты
    Враги Русов одной леденящей волной!
    В этот день Святославу дланью открытой
    Салютуем мы все нашей правой борьбой!
    (с) Vratislav Vinterskald

    Похожие статьи:

    Рейтинг

    последние 5


    Сергей Кузнецов Михалыч УсЛад


    miloluba Илья


    Источник: http://slavyanskaya-kultura.ru/literature/poetry/svjatoslav-stihi.html



    Рекомендуем посмотреть ещё:


    Закрыть ... [X]

    Стих ю.в.жадовской Www поздравления с днем рождения женщине

    Стих сажиды сулеймановой Стихи для настроения и позитива
    Стих сажиды сулеймановой Где искать сведения о предках? Все о
    Стих сажиды сулеймановой Поздравления и голосовые открытки Альберту С днем рождения
    Стих сажиды сулеймановой Прикольные короткие поздравление с юбилеем 50 лет мужчине
    Стих сажиды сулеймановой Красивые поздравления брату
    Стих сажиды сулеймановой Главные красавицы советского кино, их непростые судьбы
    Красивые оригинальные свадебные поздравления в стихах и прозе Поздравления с Днем Рождения дочери в стихах Как сделать и проводить конкурсы для групп ВКонтакте? Проект Конкурс шляп в ДОУ - Социальная сеть работников Поздравляем Алену с Днем Рождения! : Поздравления - Форумы SAY7